Main menu

Живем. Зачем?

Живем. Зачем?
 
Мыльные оперы теряют популярность,
потому что сама жизнь превращается в мыльную оперу.
(Журнал «World» о телевидении, 28 июня 1997 г.)
 
Мыльная опера
Под именем «мыльной оперы» в англоязычных странах известны телесериалы, которые проще всего описать русским выражением «Сказка про белого бычка»: бессмысленный треп без начала и конца. Но какова связь между бессмыслицей и мылом, изделием необходимым?
Дело в том, что мыльными операми издавна заполняли трансляцию в дневные часы по будням, когда телеэкран держал на привязи лишь изнывающих от скуки домашних хозяек. Соответственно, ведущими заказчиками рекламы для таких постановок были производители мыла, туалетной бумаги, дезодоранта для отхожих мест и тому подобных предметов домашнего обихода, снабжение которыми составляло прерогативу их основной аудитории.
И то сказать: легко ли выбрать себе мыло из двух дюжин сортов, которые столь существенно разнятся запахом, цветом и, главное, картинкой на обертке! Вот и расходуют акулы капитала и киты индустрии несчетные суммы на глупую рекламу в глупых сериалах: контроль над сознанием безымянных масс позволяет управлять рукой, берущей мыло с лотка в супермаркете, и с лихвой возмещать понесенные затраты.
Выходит так, что бессмыслица для одних оборачивается немалым смыслом для других! И вообще, сам смысл бытия приобретает отчетливые черты мыла: каждому свой. Одним подешевле, другим подороже, третьим поароматнее, четвертым всего понемногу, а пятым и вовсе не нужен.
Вот об этом-то был у меня разговор с молодым москвичом; он подвозил меня на своем серебристом BMW, оставляя позади попутный транспорт на шоссе, ныряя из полосы в полосу, словно челнок между нитями основы. По всему видно, он готов был вписаться в среду тех самых акул и китов, и уже вписывался: учился в серьезном вузе, получал приличные дивиденды с пакета акций созданного при его участии рекламного агентства.
– Огромную работу делаете вы, – сказал я ему. Он одобрительно кивнул. – Нелегко вам приходится! Ну, а какой в этом смысл вы видите для себя лично? Ведь вы не согласитесь считать себя просто шестеренкой в огромной всемирной экономической машине!
Мой вопрос не застал его врасплох.
– Надо двигаться вперед, – сказал он. – «Не спи, не спи, работай, не прерывай труда…» Бизнес похож на ледяную горку: остановишься – тотчас покатишься вниз.
– Допустим, – отвечаю, – ну и что за беда, если съехать немного вниз? Не в петлю же, не бомжевать по чужим подъездам…
– Да уж, – усмехнулся он, – однако на Канары не слетаешь… Нормальную вот тачку уже не купить! – и он добродушно похлопал ладонью по кожуху коробки передач.
– Ну, и ехали бы мы с вами сейчас в обычной «десятке», а кто-то объезжал бы нас на BMW. Значит, весь смысл жизни в том, чтобы обгоняли вы, а не вас?
– Нет, конечно, – сказал он без малейшего колебания. – Но все же это другой уровень. Жизнь для денег – безумие, однако для жизни нужны деньги. Неужели вы не согласны?
– Согласен, разумеется. Весь вопрос в числе и мере, в иерархии ценностей. Вы ведь сами только что сказали, что вынуждены постоянно рваться вперед… Что вас вынуждает, что придает смысл вашей безостановочной гонке?
– Ну, скажем, я женюсь… – тут сомнение впервые прозвучало в его голосе, – женюсь, допустим; родятся дети. Их надо кормить, одевать. Нужны средства для этого?
– И вы что же, хотите сказать, что, не имея вашего уровня дохода, невозможно вырастить детей?
– Смотря как вырастить! Знаете, каких денег стоит получить приличное образование? Вот у нас, например…
– Вы бы хотели, чтобы ваши дети учились в том же институте, что и вы?
– Да, хотя бы… Почему бы и нет?
– Но в чем смысл, ради чего? Ради бизнес-карьеры?..
Он посмотрел мне в глаза с прежней добродушной улыбкой:
– Знаете, философию я уже сдал. Еще на втором курсе.
Мне осталось только вежливо принять его вежливый демарш. Но в эту минуту образ молодого предпринимателя, не последнего среди сильных мира сего, соединился у меня в сознании с недалекими поклонниками мыльных опер, понурой чередой бредущими меж рядов в супермаркете. Словно в детской головоломке, я никак не мог расцепить их!
Как же ее разгадать? Как вернуться к жизни от мыльной оперы, если она идет по обе стороны экрана, и ни постановщики, ни актеры, ни зрители не имеют ни желания, ни способности ее прервать? Да и возможно ли это вообще, если даже раздел, посвященный смыслу жизни, в одной из лучших современных книг по психологии стоит под заголовком «Бессмысленность»?..
 
По-другому
Вспоминаю историю совсем другого рода, другой эпохи. Разочаровавшись в жизни, лишенной смысла (ведь утрату смысла жизни людям приходилось переживать во все времена, еще задолго до эпохи массовых мыльных опер!), человек стоял у перил моста, напряженно вглядываясь в мутную воду. К нему подходит незнакомец:
– Собрался туда?
– Здесь меня ничто не держит.
– Понятно. А деньги есть у тебя?
– Осталась вот кое-что в бумажнике… А в чем дело?
– Да там за углом какие-то погорельцы ходят, им каждая копейка впрок.
Ладно, почему бы не отдать, раз уж самому не пригодится? Пошел человек искать погорельцев, нашел, вытащил содержимое бумажника. Понятное дело: неожиданность, радость, благодарность, слезы на глазах. Тут идет давешний незнакомец:
– Ну как, отдал деньги?
– Да, отдал…
– Теперь что же, можно и назад, на мост?..
Вроде бы и можно… Но он не пошел назад. По-другому увидел мир, людей вокруг, себя самого и смысл происходящего.
 
По компасу
Видели игрушечный компас в детском магазине? Он точно как настоящий, только стрелка у него не магнитная, а пластмассовая. Куда повернешь его, туда она и показывает. Или крутится беспорядочно и безостановочно. И вот, каждый идет по жизни, определяя смысл по своему собственному детскому компасу. Неудивительно, что дороги наши разбегаются по сторонам и к цели не ведут. У каждого остается лишь своя мыльная опера, где на грамм добра приходится по килограмму зла, и только стройные ряды могильных крестов приводят дороги наших жизней в подобие стройного порядка.
Так не лучше ли заменить игрушечный, пластмассовый компас нашей жизни настоящим, магнитным? Чтобы стрелка не вертелась по своей прихоти, а послушно держалась силовых линий внешнего поля, куда бы ни повернулся незадачливый путник. Существует ведь такая внешняя сила, наподобие магнитного поля Земли… И не о ней ли напоминают эти грустные кладбищенские кресты, не они ли говорят нам про постоянный и неизменный смысл, который сводит воедино наши личные, беспорядочные понятия о добре и смысле? В конце-то концов, не для мертвых же стоят они, а для живых!..
В истории с человеком, стоявшим на мосту, нашелся незнакомец с дельным советом; человек принял его, пошел на поиски бедствующих погорельцев – и нашел свое собственное спасение. В реальных же условиях повседневности роль того незнакомца переходит к компасу нашей совести, который только и способен открыть нам направление от мыльной оперы к жизни.
Компас этот есть в сердце у каждого из нас. Надо привести его в рабочее состояние, восстановить связь между стрелкой компаса совести и внешней силой добра: недаром само слово «религия» происходит от латинского «восстановление связи»… Когда наше сердце входит в контакт с Тем, Кто нас создал, Кто принял за нас смерть на Кресте и воскрес, победив смерть, – тогда уходит с подмостков мыльная опера, и начинается жизнь. Со своим глубоким, стройным и радостным смыслом.
 
Иеромонах МАКАРИЙ.
По материалам сайта Pobedish.ru.